ОЛЬГА БЕРГ
Психологическая
студия
Контактный телефон
+7 (964) 500-50-91

Осужденный пожизненно.

Духовный принцип ЭОТ, уголовный кодекс и методы работы с чувством вины и самонаказанием.


Доклад на Конгрессе ОППЛ, секция модальности ЭОТ, 17 ноября 2018.


Современный человек часто характеризуется как невротичный, т.е. отчужденный от себя, раздираемый внутренними нерешенными конфликтами и склонный к подавлению одной из конфликтующих сторон. К.Хорни писала, что для невротичного человека характерно мышление в двух категориях: вины и наказания. (4). Увы, соотнесение вины с наказанием – типичная установка, существующая в нашем обществе, и по сей день.

Мы вслед за авторитетными коллегами понимаем: «Чувство вины – одна из главных причин всех неприятностей, болезней и других несчастий современного человека». (1). Поэтому один из духовных принципов, которые мы (ЭОТ) разделяем, это принцип раскаяния вместо вины. Мы в ЭОТ убеждены, что нарушение духовных принципов может предопределять возникновение тех или иных психологических проблем. Когда духовная идея ошибочна, она загоняет человека в ловушку и препятствует счастливой жизни и решению проблем. (3).

В настоящем докладе речь пойдет о работе с реальной виной в прошлом.

1.

Когда человек погружается в свою виновность, ругает себя за совершенные действия ему очень трудно - фактически невозможно - анализировать свои ошибки, думать, как найти правильное решение, что-то реально сделать, чтобы исправить ситуацию. Посыпая голову пеплом («Если бы я не сделал этого или сделал вот это …. то все было бы по-другому»), он смотрит в прошлое и застревает там. В то время как ответственность направляет взгляд в будущее и побуждает двигаться вперед. 

Когда речь идет о вине реальной, мы обычно предлагаем загладить свою вину через возмещение ущерба. Однако не всегда это просто. Как, например, в кейсе1.

Кейс1. Нет мне прощения.

Женщина около к 60 (Мария) не могла простить себя за то, как в порыве гнева ударила свою пожилую немощную мать. Ее мать давно умерла, терзания Марии не прекращались уже лет 15. Будучи христианкой, она не могла исповедаться в этом, т.к. ей было непереносимо стыдно за свой поступок. Поэтому Мария уличала, обвиняла и выносила приговор себе сама: «Нет мне прощения. Я преступница».

- А что православие говорит: есть грехи, за которые нет прощения?

- Нет. Бог может простить любого грешника, который искренно раскаялся.

- То есть вы относитесь к себе строже, чем Бог, или вы не можете раскаяться?

Последний вопрос ее озадачил.

В этой истории было 2 ловушки, в которые попала Мария.

  1. Если женщина раскается, она вынуждена будет признать, что она вовсе не такая «белая и пушистая», какой ей нравится себя видеть. По ее выражению, «какая же я тв..рь». Она не представляла, как сможет жить, зная такую правду о себе. Поэтому от такой правды она тщательно отгораживалась чувством вины. Как говорится, все что угодно, только не это.
  2. Ощущение тупика: Мария не понимала, как  может исправить положение, возместить ущерб, ведь ее мать давно умерла.

По 1 пункту была проведена беседа. Православные клиенты – не редкие гости психолога. Отчасти потому, что в святоотеческой традиции речь идет о единственно возможном гневе – гневе, обращенном на собственный грех. Многие верующие понимают это буквально и вместо ответственности и прощения выбирают путь самообвинения и наказания.

Однако такое упрощенное понимание заводит верующих в тупик. Исследовав вопрос, находим глубокое понимание процесса, которое считаю нам близким.

Святитель Игнатий Брянчанинов: «… чувство вины, самобичевание, страдание, «раскаяние», являются лишь защитой от того, чтобы не признавать за собой обычную греховную сущность… так как это вело бы его к изменениям и осознанию необходимости прикладывать огромные усилия для его искоренения. Ему не хватает мужества увидеть и принять свои грехи как таковые»(2).

Мы же (коллеги) можем опереться на высказывание К.Юнга о том, что  человек «должен безжалостно отдавать себе отчет в том, до какой степени способен он на добро, и каких можно ждать от него преступлений, и он не должен рассматривать первое как реальность, а второе - как иллюзию. И то, и другое - суть возможности, и он может быть тем или другим, - такова его натура - если он желает жить, не обманывая себя»(5).

Разговор о природе чувства вины, его функции, о честности к себе и ответственности возымел действие, и мы перешли ко 2 пункту.

Я предложила Марии применить прием возвращения зла себе. Мы знаем, что этот прием работает только тогда, когда человек искренне раскаялся и принял решение никогда так не поступать.

Образом зла был черный как дым сгусток энергии. Со словами:

- Мамочка, я раскаиваюсь и возвращаю это зло, - Мария медленно приближала образ черного дыма к себе. Где-то посередине – вдруг – этот образ превратился в яйцо. Отождествившись с ним, женщина почувствовала разрешение на жизнь, и приняла его.

Мария почувствовала огромное облегчение и радость, ощутила себя прощенной. Мы еще поговорили о том, что она может сделать хорошего в память о своей матери, что поможет ей не совершать аналогичных ошибок с другими близкими, и к концу сеанса женщина чувствовала себя живой, энергичной, полной сил.

Принцип «раскаяние вместо вины» помогает человеку искренне измениться и навсегда (вместо наказания себя навсегда). Отменяя причиненное другому зло и возвращая его себе, «зло» парадоксальным образом возвращается человеку благодатью. Вместо наказания происходит прощение и благословение.


2.

Переживание реальной вины часто сопровождается тягостным ощущением собственной неправоты и в целом своей «плохости». Обычно мы разделяем вину и стыд («плохость»), понимая между этими чувствами разницу. Однако часто вина служит лишь прикрытием – надежным средством утаить от окружающих «правду», что «я плохой». Но если я по природе своей «плох», то могу ли я в чем-то раскаиваться?.. Понимание своей «червоточины» снимает с человека ответственность за его выборы и поступки, как бы говоря: что хорошего от меня ожидать?

Кейс2. 20 лет строгого режима.

Молодой, успешный в профессии мужчина К. (27) обратился по поводу неуверенности в себе в общении и личной жизни. Поворотным моментом в нашей работе стало переосмысление эпизодов детских краж.

Сначала – кража родительских денег – поймали 2 раза из 4. Ругали, объясняли, отец бил. «У меня сын – вор!» - звучало как приговор… Было стыдно, настолько непереносимо, что К. решил исключить эмоции из своей жизни. Наказание родителей К. расценил как незаслуженно чрезмерное, что вызвало в нем протест, нежелание раскаиваться и, как позже стало понятно, желание отомстить отцу (пусть он стыдится сына). Стыд за стыд. Появился азарт. К краже стал относиться как к спорту – таскал по мелочи то в школе, то в буфете, то в магазинах. Ручку, вилку, монетку и т.д. Нравилось и теперь, во взрослой жизни: стащив пепельницу в гостинице или мелочевку в зарубежном киоске, он переживал эмоциональный коктейль из чувства вины, куража и гордости: «У меня получилось!» + осознанное в ходе работы: «Вот тебе!» Сам предмет не представлял ценности, но составлял часть его тайного «богатства» и в то же время «подтверждения». Чувство вины служило платой за полученный адреналин. И надо же было так случиться, что неуверенность в общении оказалась напрямую связана с суперконтролем над эмоциями и – главное – вытесненным ощущением своей «плохости», «червоточины», из-за которой нельзя показывать себя настоящего.

Совместная работа представляла собой несколько этапов:

- пересмотр потребности отмщения: насколько месть отцу актуальна во взрослой жизни клиента (выяснилось, уже не актуальна);

- размораживание чувств, связанных с отцовским наказанием, переживание и «утилизация» их; переход от суперконтроля эмоций к доверию своим чувствам;

- восстановление поврежденного чувства собственного достоинства, раскаяние в воровстве и прощение себя за конкретные поступки;

-  осознание собственных потребностей в «остроте» переживаний и поиск позитивной замены.

Хочу отдельно остановиться на раскаянии и прощении. В процессе стало очевидно, что за каждый свой проступок – кражу – К., как и его родители, отвергал себя, наказывая порицанием. Таким образом на «орбите» молодого человека оказались вытесненными 14 К. разного возраста (соответственно эпизодам, которые К. вспомнил). Они были наказаны довольно давно, первый отбывал наказание уже 20 лет.

- За какие преступления суд назначает меру пресечения 20 лет?

К. стало понятно, что отворачиваясь от своих неблаговидных поступков, он поступал с собой чрезмерно жестоко. Каждый «участник» эпизода был  обречен на «лишение свободы» и содержался во внутренней тюрьме. Бессрочно. Это осознание способствовало прощению себя за совершенные поступки в прошлом. К. признал случившееся фактами своей биографии и взял за них ответственность на себя.

Как ни странно, на этом фоне уголовный кодекс формально выглядит более милостивым к людям, т.к. опирается на принцип: наказание должно соответствовать характеру и степени общественной опасности. Сами люди бывают более жестоки и к себе, и к другим, особенно к детям.

Повторюсь, соотнесение вины с наказанием – типичная установка, существующая в нашем обществе, и по сей день. В нашем профессиональном поле существует возможность показывать клиентам те ошибочные духовные идеи, которые загоняют их в ловушку и препятствуют счастливой жизни.

Методы работы.

  1. Помощь в осознании подлинных причин, вызывающих чувство вины, бесперспективность и вредность этого состояния.
  2. При необходимости помощь в осознании чувства стыда, отказ от подчинения предписанию, создающего чувство стыда.
  3. Если необходимо, привести клиента к искреннему раскаянию.
  4. Прием отмены причиненного зла и возвращение его себе. При искреннем раскаянии зло парадоксальным образом возвращается благодатью.
  5. При необходимости переключение клиента на задачу компенсации причиненного вреда тому, кто от этого пострадал.


Заключение.

Итак, мы можем обнаружить, что обвиняя и наказывая себя, человек отвергает «виновные» части себя, как правило, без установления срока «наказания». Т.е. поступает по отношению к себе неоправданно жестоко. Более того, им самим создается «внутренняя тюрьма». Мы понимаем, что на поддержание этих процессов требуется немало жизненных сил человека, которые могли бы быть направлены на его развитие. 

Именно указание на жестокое обращение с собой (см. уголовный кодекс) помогает человеку смягчить сердце и простить себя. И только потом решить, как он будет относиться к своим грехам-ошибкам, начать гуманно относиться к себе, заменив вину на ответственность.


Ольга Берг, 2018.

Литература.

  1. Бурбо Л. Ответственность, обязательство, чувство вины.
  2. Игумен Евмений Самоукорение и невротическое чувство вины. Цит. по http://magazine.mospsy.ru/nomer8/s05.shtml
  3. Линде Н.Д. Психологические сутры. Принцип раскаяния вместо чувства вины.
  4. Хорни К. Наши внутренние конфликты. Конструктивная теория невроза.
  5. Юнг К. Поздние мысли: миф, тайна, душа. Цит. по http://jungland.ru/node/2188



Комментарии

Дина: Спасибо, это очень нужная статья!
21 ноября 2018 в 22:10

Подписка

Подписаться на рассылку:



Новости
17 ноября выступаю на Конгрессе Психотерапевтической Лиги России с докладом "Духовный принцип ЭОТ, уголовный кодекс и методы работы с чувством вины и самонаказанием"..
Мудрое слово
"Отношения без любви могут навсегда заставить нас играть роль пассивных заключенных, жертв, которым не дано нести ответственность за свою жизнь". Линда Шиерз Леонард.